Первый год с ребенком — захватывающее и волшебное путешествие. Время словно с ума сошло: оно или летит, как стрела, или ползет, как улитка. Тебя то переполняет счастье и сердце готово выпрыгнуть из груди от радости, то ты дрожишь от страха и волнения из-за своего ребенка. Ответственность может пугать. У вас теперь есть ребенок, и о нем надо заботиться.

Ваш ребенок должен быть здоровым, счастливым и спокойным. И все это зависит от вас. Даже если весь мир рухнет, ему все равно надо будет дать самое лучшее.

У вас было девять месяцев, чтобы подумать, какими родителями вы хотите стать. Вы украдкой следили за своими родителями, вспоминали собственное детство, говорили себе, что не повторите их ошибок. Картины из детства вставали перед глазами: жестокие слова, несправедливые наказания, минуты нежности и смешные игры. Неужели я когда-то была маленькой девочкой? Достаю старые фотоальбомы, где на снимках улыбающиеся мужчина с женщиной, одетые по моде 70-х, и рядом с ними — маленькая девочка. Неужели это я?

Каким бы ни было ваше собственное детство, вы наверняка хотите, чтобы детство вашего ребенка было лучше.

Это естественное желание. Вы обещаете себе, что постараетесь все делать правильно. Не будете повышать голос на ребенка. Станете ему хорошим примером. Всегда будете выполнять обещания. Вот увидите — не так просто осуществить все это на практике, но всегда нужно стремиться к лучшему и ставить планку выше.

В первый год ребенок развивается стремительно

В течение первого года крохотный беспомощный младенец, который может только есть и спать, превращается в маленького человечка, который умеет улыбаться, смеяться, общаться, кувыркаться, сидеть, ползать, вставать и стоять. И все это за один год. В первый год развитие происходит стремительно. Вы не будете поспевать за вашим ребенком.

Сравнение - фобия родителей

Во время моего пребывания в роддоме я столкнулась с проблемой, как мне кажется, знакомой многим родителям. Не успела я родить ребенка, как тут же начала сравнивать себя с другими мамашами в палате, а моего ребенка с другими малышами. И другие мамы делали то же самое. Они сравнивали вес младенцев, рост и цвет кожи. И, разумеется, мой ребенок был желтее других и весил меньше всех. Я плакала по ночам, потому что мой малыш был таким маленьким и слабым. Слова одной из мамаш были вообще как удар ниже пояса — она с презрением посмотрела на моего ребенка и сказала: «Как сильно он отличается от других детей». У нее самой ребенок был здоровым крепышом весом в пять килограммов.

Я сравнивала и себя тоже. И, разумеется, по сравнению с другими, я была толстухой. Это при том, что ребенок был у меня совсем крошечный. И отцы детей не избежали моего цепкого взгляда. Мне казалось, что другие мужья проводят гораздо больше времени в роддоме со своими женами и детьми, чем мой. Теперь, шестнадцать лет спустя, у меня — матери пяти детей — просто нет времени на такие глупости, но тогда я страшно переживала.

В детской поликлинике соревнование между родителями продолжалось. «А сколько вашему малышу лет?», «Сколько он весит?», «Как часто он ест?», «Сколько граммов набирает за неделю?» Вообще-то это соревнование я выиграла, потому что мой мальчик набирал 500 граммов за неделю. Медсестра Ирис только качала головой и спрашивала, не хочет ли он побить мировой рекорд по весу младенцев.

И в яслях это тоже не закончилось. Другие дети начали ползать раньше, чем мой. Я пыталась научить его дома, но он только лежал на животе и совсем не хотел ползти. Как же я была расстроена: ему почти восемь месяцев, а он еще не умел ползать, в то время как дочка подруги уже в шесть месяцев ползала по всей квартире.
Я действительно считала, что другие дети в четыре года пишут рефераты, играют на кларнете и рисуют масляными красками. Что все дети в год едят ножом и вилкой, в то время как мой сын только сосал бутылочку, и ни разу не сказал ни слова.

Конечно, это были только мои фантазии. Но я на самом деле волновалась, что мой малыш никогда не научится ходить или говорить. Я боялась, что с ним что-то не так и он отстанет в развитии. Не понимаю, из-за чего я так переживала.

Причем я беспокоилась до того момента, как он в пять лет научился плавать под водой с открытыми глазами, а в шесть уже свободно читал (ребенок, который, как я боялась, и говорить-то не научится). Только тогда я начала понемногу расслабляться, но временами у меня все же случались приступы страха. Что, если другие дети лучше воспитаны? Может, у них лучше отношения с родителями? Рассказы подруг о том, как дети, вернувшись домой, рассказывали, что они делали в школе, сводили меня с ума. Мое сокровище только бурчало: «Ничего особенного» и уходило в свою комнату. Тут у кого угодно появятся комплексы.

Сравнение может превратиться в манию. Беременные сравнивают животы, мамаши сравнивают младенцев, и все хотят, чтобы именно у них все было лучше, чем у других. Не понимаю — зачем мы это делаем? Почему нам так важно сравнивать себя с другими?

Я много об этом думала.

Из-за неуверенности? Страха? Или это любовь к ребенку заставляет нас вести себя так ужасно? Ведь природа хочет, чтобы мы дали нашему малышу самое лучшее и изо всех сил стремились стать идеальными родителями.
Как мне хотелось бы, чтобы люди перестали сравнивать себя с другими, беспокоиться и нервничать понапрасну.
Я знаю, это нелегко, но хотя бы попытайтесь не придавать такого значения тому, сколько весит ребенок соседки.

Самые драгоценные годы в жизни

Первое время с новорожденным не бывает спокойным. Слишком много всего надо сделать. Аэробика или йога для мам с детьми. Плавание для младенцев. Ритмика. Массаж. Стишки и песни. Родительские собрания. Бессонные ночи. Детские праздники. И при этом на глаза все время попадаются газеты со статьями о том, как директора крупных корпораций, только родив ребенка, уже летят в Нью-Йорк на переговоры, а знаменитые актрисы получают «Оскар», пока их младенец рыдает за кулисами на руках у ассистенток. И платья на них — от Валентино и без единого следа молока на груди.

Я сама работала внештатной журналисткой, когда появился на свет мой первенец Людвиг. Он был милым ребенком, и он много спал. Я ставила компьютер на кухонный стол и работала, пока Людвиг посапывал рядом в своей колыбельке. Я гордилась собой, чувствовала себя настоящей современной женщиной, которой удавалась и карьера и семья. Людвиг просыпался, я его кормила и снова укладывала спать.

Все было хорошо, пока ему не исполнилось шесть месяцев, и он не начал демонстрировать свой характер. Я хорошо помню тот день, когда он показал, что больше не собирается считаться с моей работой. Я должна была брать интервью, и, как обычно, Людвиг был со мной в коляске. Но на этот раз ему не хотелось лежать спокойно и слушать, как его мама беседует с Леной Олин (актриса, жена режиссера Лассе Хальстрема). Он начал вопить как безумный. Я вся вспотела от стыда и расстройства, но утешить его было невозможно.

Людвиг с каждым днем требовал все больше и больше внимания. Он начал ползать и стаскивать вещи со стола. За ним нужен был постоянный присмотр, и журналистику пришлось отложить. Я работала по ночам и умирала от усталости днем.

Следующий ребенок — снова мальчик, и у него тоже рано проявился характер. К тому времени я делала программу на телевидении. Муж был занят на работе, поэтому мы наняли няню, которая должна была следить за ребенком. Мне нужно было вести телепрограмму из студии для миллионов зрителей, и мне хотелось выглядеть хорошо. Но как это можно сделать, когда в гримерке орет ребенок, а твои груди болят и набухают молоком, потому что маленький упрямец отказывается кушать на публике? По ночам я плакала. А сегодня, много лет спустя, я спрашиваю себя: неужели это было так необходимо? Зачем я все это делала? Чтобы доказать себе, что я могу? Или чтобы раздобыть денег? Или потому, что работа была такой интересной, что отказаться было невозможно? Мы все время хотели большего. Мы не хотели жертвовать работой ради детей.

Мы вертелись как белки в колесе, совмещая работу и уход за маленькими детьми. Когда уж тут заниматься с младенцами плаванием или аэробикой? Помню, что для меня тогда существовали только моя работа, моя семья и, конечно же, Открытая школа. Так приятно было пообщаться с другими молодыми мамами и папами, не волнуясь, что ребенок куда-то уползет. Там все было сделано специально для младенцев и совершенно безопасно. Я пила кофе и разговаривала с другими о детях. Открытая школа — настоящее спасение для родителей. Там они могут поделиться с другими своими тревогами и радостями, пожаловаться и попросить совета. Жаль, что именно Открытые школы закрывают сразу, как только у государства появляются проблемы с деньгами. Бедные родители. Им приходится самим устраивать себе Открытые школы и кочевать из одного кафе в другое, пока они не найдут безопасное для ребенка пристанище. Но и там дети не могут вволю поползать по полу.

Другой вопрос, который волнует мам: «Нужно ли посещать все эти занятия для новорожденных?». Не у всех хватает сил ходить на аэробику и плавание, и они волнуются, что ребенок без этих занятий не будет развиваться, как следует.

Спокойствие, только спокойствие. Ничего с младенцами не случится, если они первое время побудут дома.

Наоборот, я считаю, что излишняя активность может быть им вредна. Кто придумывает все эти занятия? Ребенок? Конечно, нет. Это его родителям — современным людям — скучно сидеть с ним дома. Они привыкли к постоянной активности и новым впечатлениям. Вместо того чтобы наслаждаться общением с маленьким человечком в уюте и комфорте, они стремятся наполнить свой день активными и разнообразными занятиями. Только когда появился мой пятый ребенок, я поняла, как же дороги для меня эти бесценные минуты с новорожденным. Как можно тратить время на бессмысленные занятия и не видеть, как растет твой маленький ребенок?

Только с появлением пятого ребенка я осознала, что не хочу ходить с ним на плавание. И что нам не нужна никакая ритмика. Мы сами могли танцевать в гостиной, придумывать стишки и рисовать. Я сама купала и массировала моего ребенка. И играла с ним. Иногда мы вообще не выходили из дома. Просто лежали в постели и общались. Жаль, что я так поздно поняла, что первые годы жизни ребенка — самые лучшие. И их не надо бояться, ими нужно наслаждаться. Забудьте про работу, про важную встречу, про расписание. Просто будьте с вашим ребенком.

«Вам легко говорить, — скажут многие. — У вас внештатная работа. Можно писать дома, когда удобно. Но что делать другим?»

Что я могу сказать? Должно быть, я подсознательно выбрала такую профессию, чтобы можно было завести много детей. Но вообще-то у меня былй работы й на полный день. Но я выбрала детей. Я каждый день выбираю детей.

Я не прошу вас меняться. Просто прошу попытаться изменить ритм жизни, подстроиться под ребенка. Я хочу, чтобы у вас было время и для детей и для работы. Очень важно найти баланс, подходящий вам обоим. Если вы чувствуете, что не успеваете работать, возьмите паузу. Все это — работа, командировки, вечеринки, путешествия — никуда не денется. А детство вашего ребенка уйдет. Он вырастет и спросит, где вы были, когда были нужны ему больше всего. Дети — это самое главное в нашей жизни.