Дети играют без взрослых

Все наши рекомендации пока были направлены на игру взрослого с одним ребенком. Ну а если в семье не один ребенок, как быть тогда? Играть с каждым по отдельности? Но это далеко не всегда возможно: и времени нужно больше, и каждый ребенок требует внимания к себе.

Организация игры в этом случае во многом зависит от того, на сколько один из детей старше другого.
Посмотрим для начала, как играют вместе погодки и дети с большим возрастным разрывом: в один год и четыре года, в два года и пять лет, в три года и шесть лет.

Если дети — погодки, то их игра в возрасте двух-трех лет является обычно взаимоподражательной. Один ребенок делает то же, что и другой, они стараются и игрушки брать одинаковые. Поскольку привлекательной для ребенка является игрушка, попавшая в руки другому, то часто возникают конфликты именно из-за игрового материала; улаживать эти конфликты приходится взрослому.

Дети становятся старше и начинают вместе играть в ролевые игры. Дальнейшее их взаимодействие не слишком отличается от описанной нами совместной игры сверстников.

А вот дети одного года и четырех лет. В четыре года ребенок уже владеет простыми формами сюжетной игры. Малыш подражает старшему ребенку. Но выхватывает он из его игры самое простое — такое же действие с предметом, подражает эмоциям старшего.

Четырехлетняя Аля «варит обед». Она дает и годовалому Диме игрушечную кастрюлю. Он так же, как и Аля, водит в ней палочкой. Аля извлекает из своей кастрюльки «мясо» (колечки от пирамидки), «ест». Дима наблюдает за ней. Она дает и ему колечко: «Ешь!» Дима подносит его ко рту с недоумением. Аля глядит на него, смеется, смеется вслед за ней и Дима.

Аля надевает на себя шапочку с заячьими ушками, прыгает:
—    Я зайчик!
Потом надевает ее на Диму:
—    Мы зайчики.

Малыш пытается подражать — приседает и выпрямляется. Алю смешат его действия, он опять смеется вслед.
Но вот Але хочется поиграть одной, а Дима мешает.
—    Отойди! — говорит девочка, но что малышу ее приказ. Тогда она находит выход из положения. Высыпает на ковер кубики из ящика:
—    Собирай их в ящичек, вот так! — говорит Аля и укладывает первые кубики в ящик. Малыш переключается на доступные и понятные для него действия с предметами, а Аля спокойно играет.

Теперь перед нами дети постарше. Одному — два года, а второму — пять лет. Пятилетний Петя расставляет на полу солдатиков, затем начинает танковую атаку. Строй солдат разрушен. Петя выстраивает их снова.

Двухлетний Вася, наблюдавший за братом, хватает танк и начинает утюжить им груду солдатиков с криками:
—    Война, война!
—    Отдай! — кричит пятилетний Петя.
—    Васька все сломал,— жалуется он маме.

Если годовалого малыша легко отвлечь, то у двухлетнего уже есть определенные намерения, он не всегда подчиняется желаниям старшего.

Но игра может протекать и вполне мирно. Петя — «доктор», он предлагает и двухлетнему Васе:
—    Лечи зверюшек!

Образец старшего снова вызывает подражательные действия малыша с игрушками, но эти действия уже более сложные.

Следующий этап: три года и шесть лет. Трехлетний ребенок для шестилетнего — уже не только помеха или действующее рядом существо (смешащее иногда своей неумелостью), но почти равный партнер по игре. Во всяком случае, с ним уже можно договориться.

—    Ты будешь ходить в детский сад, а я — воспитательница,— предлагает шестилетняя Аня трехлетнему Игорю.

Обычно младший привлекается к выполнению второстепенной роли (вместо куклы). Старший ребенок в ходе игры дает ему распоряжения, поясняет значение своих действий, игровое значение предметов («это машина», «здесьдом», «это плита будет» и т. п.).

Да и младший ребенок уже не просто хватает игрушки, подражая старшему, а оформляет свои желания в речевом плане.

Но все же трехлетний ребенок не поспевает за шестилетним, развертывающим сложный сюжет игры.

Постоянные объяснения и контроль за поведением малыша начинают раздражать и утомлять старшего ребенка («Он все делает не так и ничего не понимает»). Поэтому совместная сюжетная игра длится недолго.

Основное совместное занятие детей-дошкольников с большим возрастным разрывом — «игра-возня», игры-упражнения с предметами (мячом, обручем и т. п.), а в парах детей трех-шести лет — попытки организации простых игр с правилами (подвижных и настольных).

Чем больше разрыв в возрасте детей, тем больше расходятся их игровые интересы (и возможности, конечно).
Вот, например, малышу около двух лет, а старшей девочке — скоро семь. Она время от времени с удовольствием занимается с маленьким: читает ему, показывает картинки, учит рисовать, строить из кубиков. Но играть предпочитает одна (с куклами), когда никто не мешает развертыванию ее сюжетного замысла — не уносит игрушки в самый неподходящий момент, не разрушает игровые постройки.

Как должен вести себя взрослый по отношению к каждому ребенку, следует ли объединять детей в совместной игре (и как) или, напротив, надо обеспечить каждому возможность самостоятельно себя занять, не мешать другому? Лучше, если взрослый будет решать обе эти задачи.

Тогда дети смогут играть вместе (игровой опыт старшего будет передаваться младшему), а в ситуациях, когда брат или сестра отсутствует, ребенок сможет и сам занять себя. Это очень важно, так как часто дети настолько привыкают к обществу друг друга (неважно, чем они заняты — сюжетной игрой или просто возятся друг с другом, играют с мячом и т. п.), что отсутствие одного из них (особенно старшего) оборачивается тяжелым бременем для взрослого, в котором ребенок ищет временную замену брату или сестре.

Так, двухлетний Вася в таких случаях берет маму за руку и говорит:
— Пойдем играть!

«Замыкание» детей друг на друге чревато и отрицательными последствиями для их развития, особенно если они не посещают детский сад. Дети заняты, не ссорятся, и у взрослого часто возникает иллюзия полного благополучия. Он даже не вникает в то, чем заняты дети, каков уровень игры каждого (соответствует ли возрасту). В таких ситуациях мамы и папы часто не считают нужным включаться в совместную деятельность с детьми, общение детей со взрослыми становится недостаточным, а это очень важный фактор развития ребенка-дошкольника.

Дошкольники: старший и младший

Пока ребенок был в семье один, он был центром внимания мамы и папы. Но вот ему исполнилось три года, и у него появился братик. Конечно, родители очень заняты — пеленки, бутылочки и т. п. Со старшим теперь играют гораздо меньше.

И ребенок (в плане игры) может просто «застрять» на том, что он уже умеет (особенно если он не посещает детский сад, где специальные воздействия воспитателя, общение со сверстниками продвигают его в игре вперед).

Малыш подрастает, ему уже два года, а старшему — пять. И здесь мы часто встречаемся с типичной ошибкой родителей. Их игра с детьми во всем направлена на младшего — соответствует его возможностям. Для старшего, считают родители, нужны уже другие занятия. Мама читает ему книжки, соответствующие возрасту, учит читать и считать. Папа направлен на включение ребенка в продуктивные, полезные занятия (учит его обращаться с инструментами — пилой, молотком и т. п.), озабочен физическим развитием мальчика. Ребенок вроде бы и не обделен вниманием взрослых, скоро сам научится читать, а игра его так и осталась на уровне простых действий с игрушками.

Но игровые интересы пятилетнего ребенка пока еще сильнее интереса к другим занятиям, а без надлежащей игры со взрослым его самостоятельная игра воспроизводит образцы игры для маленького.

В самом деле, когда мама играет с малышом, старший ребенок тоже подключается к их игре (ему тоже хочется поиграть, особенно со взрослым). А поскольку мама старается, чтобы ее действия были понятны малышу, ее игра проста.

Старший ребенок либо воспроизводит образцы маминых действий, либо, стараясь обратить ее внимание и на себя, неосознанно имитирует действия младшего. В результате, играют оба (и двухлетний, и пятилетний) почти одинаково.

Естественно, такая ситуация вряд ли скажется положительно на развитии пятилетнего ребенка.

Конечно, мы описали крайний случай. Но как все же избежать подобной ситуации?

В первую очередь надо подумать о возможностях организации игрового взаимодействия, общения старшего ребенка со сверстниками (приглашать для игры соседских детей, детей того же возраста, с которыми ребенок контактирует во время прогулок). Нельзя допускать, чтобы он замыкался только на игре с младшим.

А как должны вести себя сами родители, играя с детьми? Они должны строить игру так, чтобы оснащать старшего ребенка игровыми умениями, соответствующими его возрасту, его возможностям.

Это можно делать индивидуально, чтобы малыш не являлся помехой. Ведь бывают моменты, когда мама одна со старшим ребенком (и в это время не стоит ограничиваться только серьезными занятиями с ним).

Для совместной игры с ребенком следует использовать те приемы, которые предложены нами в предыдущих главах. Освоив в игре со взрослым сложные способы построения сюжетной игры, ребенок в дальнейшем будет пользоваться ими и при развертывании самостоятельной совместной игры с малышом.

Вот, например, Саша (ему шестой год), с которым много играли взрослые, хорошо управляет в игре и братом Женей (ему скоро три), и сестренкой Маняшей (ей еще нет двух), причем это не мешает ему и самому играть.

Жене он предлагает:
—    Во что ты хочешь играть? Давай в больницу. Я доктор, а ты шофер. Давай сделаем тебе машину. Ты заболел и остановился у больницы.
С Маняшей — другая игра:
—    Вот тебе тарелочки, чашечка. Пей чай!
—    А давай бабушка тебе звонит по телефону. Вот, бери телефон. Я бабушка!
—    Але! Здравствуй, Маняша!

Маленькая Маша отвечает как может, а потом манипулирует игрушками.

Мама может организовать и совместную игру детей, участвуя в ней как равный партнер со старшим ребенком (т. е. как бы заменяя его сверстника), ориентируясь больше на его возможности, чем на возможности малыша.
Но для этого она должна хорошо представлять себе, как играют друг с другом дети пяти-шести лет (возраст ее старшего ребенка), какие у них могут быть сложности в совместной игре, какими умениями должен обладать ребенок, чтобы с ними справиться.

Невозможно предусмотреть каждый конкретный случай, но чтобы взрослый понимал, как он может включиться в игру, опишем типичную ситуацию игры двух детей старшего дошкольного возраста (шестого года жизни), которые волею обстоятельств оказались в компании с малышом (около трех лет). Как они все себя ведут?
Старшие дети начинают игру в магазин. Один из них — «продавец», второй — «покупатель».

Малыш, понаблюдав немножко за игрой старших детей, пристраивается к «продавцу»: у него такая заманчивая игрушка — весы,— с которой и маленький не прочь поиграть.
—    Не трогай весы,— говорит «продавец»,— это для продавца. Ты тоже покупай. Вставай в очередь.

Малыш встает за другим старшим ребенком, который обсуждает с «продавцом», что есть в магазине и сколько стоит.

Но вот и очередь малыша подошла.
—    Вот тебе арбуз,— говорит «продавец» и протягивает ему мячик.— Плати двадцать копеек. Ну что ты, не понимаешь?
Недоумение малыша вызывает целый ряд пояснений со стороны старшего ребенка:
—    Вот эта мозаика, это у нас денежки. Давай мне две. Все, ты уже купил, теперь домой иди!
Но мысль об арбузе оживила его самого, и он оставляет на время прилавок:
—    Давай — ты его резал на кусочки. Это ножик (берет валяющуюся рядом палочку и режет арбуз).
—    Я сам,— говорит малыш, повторяя действия старшего ребенка.
— Корми теперь своих детей,— предлагает другой старший мальчик, которому надоело бездействовать.

Малыш начинает кормить кукол, а старшие дети развертывают свой сюжет дальше.

Итак, хорошо играющие дети подключают малыша к второстепенной роли, поясняют ему в ходе игры, как надо вести себя в соответствии с ролью, поясняют значение предме-тов-заместителей, чтобы он вел себя соответственно смыслу игры, а при возможности переключают его на игру с сюжетными игрушками, чтобы он был занят. Такая игра устраивает всех. Малыш никому не мешает, но и не чувствует себя ущемленным.

Так же, в принципе, должна поступать и мама, играя одновременно со старшим и младшим ребенком.

Основное внимание ее должно быть направлено на старшего ребенка, с которым она взаимодействует как равный партнер, а младшему она может предложить делать то же самое, что делает она (тоже быть покупателем, пассажиром и т. п.). Пусть младший пока побудет не активным участником игры, а соучастником.
Из своей роли мама активизирует действия старшего ребенка, вносит в игру более сложное содержание (через ролевой диалог, развертывание событий). Младший ребенок, хотя ему и приписана игровая роль, лишь подражает маме или выполняет конкретные указания старших участников игры. Он усваивает из взаимодействия мамы и старшего брата (из этого наглядного образца) то, что может,— условное использование предметов в игре, соотнесение определенных действий с игровым называнием себя (учится принимать роль).

В такой игре полноценно развиваются оба ребенка. После игры важно поощрить старшего («как мы интересно с тобой играли»). Если мама поощряет все время только поведение малыша, старший ребенок может соскальзывать на более примитивные способы игры (такие же, как у младшего), ведь ему тоже хочется похвалы.

Если возрастной разрыв между детьми очень велик, разумеется, общую игру не построишь. Но, например, если младшему ребенку около двух лет, а старшей девочке — уже скоро семь, полезно иногда привлечь ее специально к игре с малышом.

Вот малыш раскапризничался и требует внимания мамы. Можно попросить старшего ребенка:
— Машенька, помоги мне. Поиграй немножко с Димой. Покормите с ним кукол или полечите их.

Девочка начинает играть с малышом, копируя действия мамы, которые она раньше наблюдала.

Разумеется, не стоит злоупотреблять такой помощью, превращая старшего ребенка в няньку. У него должно быть время и для собственной игры, других занятий.

Отношение родителей к старшим детям как нянькам часто передается малышу, который начинает вести себя просто как маленький тиран, не оставляя старшего брата или сестру ни на минуту в покое. Надо приучать малыша уважать самостоятельные занятия старшего ребенка.

Мы не будем подробно останавливаться на том, как организовать совместную игру с детьми-погодками. Сколько-нибудь внимательный читатель уже и сам догадался, наверное, как это можно делать. Все приемы, рекомендованные в предыдущих главах, можно легко трансформировать для игры не с одним ребенком, а с двумя, если между ними всего год разницы.

Действительно, если у детей уже складывается ролевое поведение (в три-четыре года), мама легко может объединить их в игре. Часто оба ребенка хотят выполнять в игре одну и ту же роль. Тогда мама может принять на себя дополнительную роль и взаимодействовать с детьми по очереди (например, дети — «шоферы», а мама — «пассажир» то у одного, то у другого). Взрослый может предложить детям играть и иначе, беря себе главную роль, а им предоставляя одинаковые дополнительные (покупатели в магазине, матросы на корабле и т. п.).

В играх с более сложной системой ролей можно уже распределять их между всеми участниками, пользуясь считалкой, правилом очередности и т. п.

Описывая игру в «придумку» со старшими дошкольниками, мы уже указывали, что она может проводиться взрослым не только с одним, но и с двумя-тремя участниками. Для детей это даже полезнее — они учатся согласовывать свои замыслы сразу с несколькими партнерами. В такой ситуации ярче проступают и конфликты (один ребенок хочет развертывать сюжет в определенном направлении, а другого это не устраивает). На этом фоне взрослому легче продемонстрировать детям способы улаживания конфликтов.

Дошкольник и школьник

Дети подрастают. Вот один из них уже школьник, и второй тоже скоро пойдет в школу.

У школьника появляются новые обязанности: учение в школе, выполнение домашних заданий. Но сильны еще и игровые интересы, особенно если рядом играет младший брат или сестра.

Правда, взрослые относятся к игре школьника не всегда одобрительно: «Ты ведь уже в школу ходишь, а играешь, как маленький, в машинки» (в войну, в куклы и т. п.).

Как мы уже говорили, игра не кончается с переходом ребенка в школу, она еще важна и нужна для него.
Игра школьника — это разрядка после уроков, непривычной пока системы школьных требований.

Первоклассники с удовольствием играют с младшими братьями и сестрами, и не последнее место в их сюжетах занимает игра в «школу», через которую они осваивают новую действительность. В такой игре первоклассник, конечно, учитель, а младшие — ученики.

Но все меньше становится досуг, и игра перемещается на улицу, совмещается с прогулкой (теперь уже самостоятельной, без сопровождения воспитателя, мамы, бабушки).

Школьники играют еще очень интенсивно до 10 — 11 лет, во дворе — со сверстниками и детьми помладше, дома — с младшими братьями и сестрами (и просто с игрушками).

Поэтому в отношении игры родителям не стоит проводить резкую границу между старшим ребенком, который пошел в школу, и младшим, еще дошкольником. У обоих должны быть досуг и пространство для игры.

Младший школьник еще с удовольствием будет играть в ролевые и режиссерские игры с братишкой. А вот играть в ролевую игру со взрослым — это, пожалуй, покажется ему уже не самым подходящим занятием.

Но поиграть в словесные игры с правилами, в «придумку» младший школьник не откажется. Поэтому взрослый может объединить дошкольника и школьника этой игрой.

Дошкольнику, как мы уже говорили, она нужна для овладения умением развертывать интересные сюжеты игры, а младшему школьнику эта игра может пригодиться и для другого. В школе ему придется писать сочинения (хотя поначалу и несложные), ясно излагать свои мысли, рассказывая выученный материал на уроках. Для всего этого «придумка» очень полезна.

Более того, школьнику взрослый уже может открыть «тайну» сложения сказки — объяснить ему схему В Я.Проппа, воспользовавшись ее популярным изложением в книге Джанни Родари «Грамматика фантазии». Можно использовать и те приемы, которые рекомендует Джанни Родари в этой замечательной книге для работы со школьниками: сочинять разные истории по одной схеме (так, чтобы одни были сказочными, другие — реалистическими), иллюстрировать всем вместе придуманные истории. Если для дошкольника интересным и привлекательным является сам процесс совместного придумывания, то для школьника следует уже делать акцент на результате (какая получилась история — интересная или нет, коротенькая или, наоборот, слишком длинная, как можно было бы сделать ее интереснее и т. п.).

У младшего школьника игра в «придумку» может перейти уже в самостоятельную деятельность (он сможет обходиться и без взрослого), в которую он будет втягивать и дошкольника (управляя им вместо взрослого).

Если один из детей в семье дошкольник, а второй уже достиг подросткового возраста, их интересы и возможности настолько расходятся, что совместная игра становится маловероятной. Конечно, старший брат или сестра могут выполнять «опекунские» функции по отношению к малышу, читать ему книжки, что-то объяснять, рассказывать и т. п.

Однако у подростка много своих занятий, центром его жизни становится общение со сверстниками, стремление к общности с ними в мыслях и делах.

Совместная игра с малышом, навязанная подростку взрослым, будет восприниматься им как принудительное, тягостное занятие, и этот отрицательный эмоциональный фон, конечно, скажется и на малыше. Такая совместная деятельность не принесет пользы ни тому, ни другому. А подростки, сами с удовольствием играющие с малышами,— это, в общем-то, редкое исключение.

Поэтому не стоит уповать на то, что подросток полностью заменит для дошкольника чуткого, понимающего взрослого, который осознанно руководит его игрой с целью развития ребенка.